Docker Compose удобен ровно до момента, когда нужно обновить сервис без простоя, автоматически перезапустить упавший контейнер на другом узле или откатиться на предыдущую версию одной командой. Все это умеет Kubernetes — но «настоящий» кластер обычно означает три control-plane ноды, etcd и облачный балансировщик, что для одного VDS абсурдно дорого. k3s решает эту дилемму: один бинарник на ~70 МБ, встроенные containerd, CoreDNS, локальный провижионер хранилища и SQLite вместо etcd — и при этом полноценный сертифицированный Kubernetes. Разберем установку k3s v1.37.1+k3s1 (Kubernetes 1.37) на VDS с 2 ГБ RAM: подготовку портов и фаервола, доступ к API без публикации 6443 в интернет, первый деплой с пробами и лимитами, хранилище через local-path и честный разбор того, когда от k3s стоит остаться на Docker Compose.
1. k3s на одном VDS: что даёт настоящий Kubernetes и когда он вам не нужен
k3s — это тот же upstream Kubernetes, собранный в один бинарник и лишенный балласта: встроены среда выполнения контейнеров и control-plane, а в качестве хранилища состояния по умолчанию используется SQLite. Для одного сервера это принципиально: не нужны отдельные контейнеры etcd, kube-apiserver, kube-scheduler и controller-manager — все они живут в одном процессе k3s server, который systemd запускает как обычную службу.
Практическая разница с Docker Compose сводится к трем возможностям, которых в Compose нет из коробки:
- Самовосстановление. Упавший процесс контейнера перезапускается по политике
restartи в Compose, но если перестал отвечать сам контейнер или закончилась память узла, Deployment пересоздаст под на другом узле (в одноузловом варианте — заново на том же). Пробыreadinessиlivenessописаны декларативно и не требуют внешнего healthcheck-скрипта. - Обновления без простоя. Стратегия
RollingUpdateподнимает новый под, ждет его готовности и только потом гасит старый. В Compose аналог приходится строить руками черезdocker compose up -d --scaleи внешний прокси. - Откат одной командой.
kubectl rollout undoвозвращает предыдущий ReplicaSet с прежним образом и прежними ресурсами. История хранится в кластере, а не в голове дежурного.
| Критерий | Docker Compose | k3s (одна нода) |
|---|---|---|
| Минимум RAM | ~0,3 ГБ на сервисы | 2 ГБ на сервер по документации |
| Rolling update | Вручную | Встроенная стратегия |
| Откат версии | Смена тега образа и redeploy | rollout undo |
| Самовосстановление | Только restart политика | Пробы плюс пересоздание подов |
| Порог входа | Один YAML-файл | Манифесты, kubectl, концепции кластера |
| Путь к мульти-ноде | Отсутствует | Добавление агента одной командой |
⚠️ Честно о том, когда k3s на одном VDS не нужен
Если на сервере живут три контейнера, которые обновляются раз в месяц, Kubernetes добавит вам работы, а не уберет ее: придется разбираться с манифестами, RBAC, хранилищем и обновлением версии кластера. В такой ситуации разумнее остаться на Compose либо взять готовую PaaS-надстройку — например, развернуть компактную PaaS Dokploy, которая дает автодеплой без изучения кластерных абстракций. k3s оправдан, когда нужны именно декларативные откаты, пробы и задел на вторую ноду.
2. Требования к серверу и подготовка: порты, фаервол и swap
Официальная документация задает минимум для серверной ноды: 2 ядра и 2 ГБ RAM. Агенту достаточно 1 ядра и 512 МБ. Это baseline самого k3s и встроенных компонентов — память под ваши поды считается отдельно, поэтому на практике сервер с нагрузкой стоит начинать с 4 ГБ.
Свободное место на диске тоже не абстракция: в /var/lib/rancher/k3s живут образы, слои containerd, тома local-path и база состояния. Для первого стенда закладывайте от 20 ГБ NVMe.
| Порт | Назначение | Открывать в интернет |
|---|---|---|
6443/tcp |
API-сервер, к которому подключается kubectl | Нет, достаточно SSH-туннеля |
8472/udp |
Flannel VXLAN, обмен трафиком между подами | Категорически нет |
10250/tcp |
Доступ metrics-server к kubelet | Нет |
2379 – 2380/tcp |
Встроенный etcd, только при HA из трех серверов | Нет |
30080/tcp |
NodePort приложения, который проксируется локальным Nginx | Нет, но только через nodeport-addresses |
Из этой таблицы следует важный вывод для одноузловой установки: наружу не нужно открывать ни один порт кластера. Достаточно оставить 22 для SSH, 80 и 443 для веб-трафика, а доступ к API организовать через SSH-туннель. Документация отдельно предупреждает, что VXLAN-порт нельзя выставлять в интернет — иначе любой желающий получает доступ к оверлейной сети кластера.
Отдельно стоит сказать про NodePort, потому что здесь легко обмануться. Правила UFW живут в цепочке INPUT, а NodePort обрабатывается иначе: kube-proxy делает DNAT в nat/PREROUTING, и пакет с адресом пода уходит в FORWARD, где kube-proxy держит свою цепочку KUBE-FORWARD. Поэтому ufw deny 30080 не закрывает порт — он останется доступен из интернета. Рабочее решение — флаг kube-proxy, который k3s пробрасывает через kube-proxy-arg: значение nodeport-addresses=localhost ограничивает NodePort диапазоном 127.0.0.0/8. Эту строку мы добавим в конфигурацию на следующем шаге.
Отключение swap — распространенная практика для серверов с небольшим объемом памяти: kubelet умеет работать со swap при явной настройке, но по умолчанию рассчитывает лимиты так, будто подкачки нет, поэтому активный swap делает поведение подов менее предсказуемым. На сервере с 1–2 ГБ RAM выгоднее не файл подкачки, а zram. Ниже — базовый вариант:
# Swap отключаем и убираем из автозагрузки
sudo swapoff -a
sudo sed -i '/ swap / s/^/#/' /etc/fstab
# Порты для работы приложения
sudo ufw allow 22/tcp comment 'SSH'
sudo ufw allow 80/tcp comment 'HTTP'
sudo ufw allow 443/tcp comment 'HTTPS'
sudo ufw default deny incoming
sudo ufw enable
💡 Почему на одном сервере не нужен LoadBalancer
В k3s встроен контроллер servicelb (Klipper), который умеет выдавать сервисам типа LoadBalancer внешний адрес через hostPort. На одном VDS он только занимает порты и путает схему: внешним входом у нас будет обычный Nginx с сертификатом. Поэтому servicelb мы отключим при установке вместе со встроенным Traefik, а трафик поведем на NodePort. Если сервер уже защищен правилами UFW по материалу о харденинге Ubuntu 24.04, эти строки просто дублируют то, что уже применено.
3. Установка k3s v1.37.1+k3s1 с отключением Traefik и ServiceLB
Официальный установщик — скрипт https://get.k3s.io. Запускать его «как в документации», одной строкой без закрепления версии, не стоит: вы получите актуальный релиз, который через месяц может оказаться другим, и воспроизводимость инструкции исчезнет. Все параметры задаются переменными окружения, которые скрипт понимает официально: INSTALL_K3S_VERSION, INSTALL_K3S_EXEC и INSTALL_K3S_CHANNEL.
Начнем с конфигурационного файла. k3s читает /etc/rancher/k3s/config.yaml, а дополнительные директивы подхватывает из /etc/rancher/k3s/config.yaml.d/*.yaml в алфавитном порядке — поэтому весь набор флагов описывается один раз, без простыни аргументов командной строки:
sudo mkdir -p /etc/rancher/k3s
sudo tee /etc/rancher/k3s/config.yaml > /dev/null << 'EOF'
# kubeconfig читает только root: внутри сертификат с правами cluster-admin
write-kubeconfig-mode: "0600"
# Встроенный Traefik и ServiceLB не нужны: вход организуем через Nginx
disable:
- traefik
- servicelb
# Ключевая строка: NodePort слушает только loopback.
# Без нее порт 30080 будет доступен из интернета, и UFW его не остановит.
kube-proxy-arg:
- nodeport-addresses=localhost
# SAN для сертификата API: адрес SSH-туннеля
tls-san:
- 127.0.0.1
EOF
⚠️ Почему UFW не защищает NodePort (и при чем тут nodeport-addresses)
Входящий пакет на NodePort не попадает в цепочку INPUT, где живут правила UFW. kube-proxy добавляет DNAT в nat/PREROUTING, после чего адресом назначения становится IP пода из подсети 10.42.0.0/16 — пакет уходит в FORWARD, а там kube-proxy держит собственную цепочку KUBE-FORWARD, которая пропускает помеченный трафик раньше, чем сработают правила ufw-before-forward. Итог: ufw deny 30080 ничего не даст, порт будет доступен из интернета. Это та же ловушка, что с опубликованными портами Docker, только чинится иначе: флагом --nodeport-addresses у kube-proxy, который k3s пробрасывает через kube-proxy-arg. Значение localhost ограничивает NodePort диапазоном 127.0.0.0/8: снаружи порт перестает существовать, а локальный Nginx продолжает ходить на 127.0.0.1:30080.
Теперь сам установщик. Версия закреплена явно, а флаги берутся из файла выше:
curl -sfL https://get.k3s.io | \
INSTALL_K3S_VERSION="v1.37.1+k3s1" \
sh -
# Проверка состояния службы
sudo systemctl status k3s --no-pager
# Узлы и системные поды
sudo k3s kubectl get nodes -o wide
sudo k3s kubectl get pods -A
В выводе get nodes узел должен быть в статусе Ready, а в get pods -A — работать coredns, local-path-provisioner и metrics-server. Traefik в списке отсутствует, потому что мы его отключили, — это ожидаемо, а не ошибка.
💡 Почему версия закреплена, а не «последняя стабильная»
На момент публикации актуальная стабильная сборка — v1.37.1+k3s1 (Kubernetes 1.37); тег сформирован 24 сентября 2026 года, релиз опубликован 30 сентября. Ветки v1.34, v1.35 и v1.36 получают обновления поддержки, а сборки вида v1.37.2-rc1+k3s1 — это кандидаты в релиз, их в бою использовать нельзя. Если нужен канал обновлений вместо фиксированной версии, используйте INSTALL_K3S_CHANNEL=stable, но помните: тогда обновление кластера станет неявным, и это решение лучше принимать осознанно, а не побочным эффектом переустановки.
4. Доступ к кластеру через kubectl: kubeconfig и SSH-туннель вместо открытого 6443
Установщик кладет kubeconfig в /etc/rancher/k3s/k3s.yaml и ставит собственный kubectl, а также утилиты crictl, ctr, k3s-killall.sh и k3s-uninstall.sh. Права на файл мы сознательно оставили 0600: внутри лежит клиентский сертификат с правами cluster-admin, и режим 0644 сделал бы его читаемым для любого пользователя и процесса на сервере.
Публиковать 6443 в интернет не нужно: API-сервер слушает на всех интерфейсах, но это локальный сокет, поэтому правила INPUT в UFW его действительно закрывают, а на рабочую машину мы пробрасываем порт по SSH. Схема из двух шагов — туннель и локальный kubeconfig:
# На рабочей машине: пробрасываем 6443 через SSH
ssh -N -L 6443:127.0.0.1:6443 root@203.0.113.10
# Во втором терминале: забираем kubeconfig.
# Файл доступен только root, поэтому читаем его через sudo на сервере.
ssh root@203.0.113.10 "sudo cat /etc/rancher/k3s/k3s.yaml" > ~/.kube/k3s.yaml
chmod 600 ~/.kube/k3s.yaml
# Указываем контекст и проверяем связь
export KUBECONFIG=~/.kube/k3s.yaml
kubectl get nodes
В kubeconfig адрес API указан как https://127.0.0.1:6443, и это ровно тот туннель, который мы открыли, поэтому сертификат проходит проверку без правок файла. Именно для этого в конфигурации k3s добавлен tls-san: 127.0.0.1: сертификат API-сервера должен включать этот адрес в список альтернативных имен.
⚠️ Не подменяйте адрес в kubeconfig на публичный IP без нужды
Распространенный совет «замените 127.0.0.1 на внешний IP сервера» превращает kubectl в клиент, который ходит в открытый интернет, и требует держать 6443 доступным всему миру. Учетные данные кластера в этом случае становятся трофеем для любого сканера: kubeconfig содержит клиентский сертификат с правами cluster-admin. Туннель по SSH стоит одну команду и лишает атакующего этой поверхности полностью — заодно работает из сетей, где исходящие соединения ограничены.
Для повседневной работы удобно завести алиас, чтобы не набирать export в каждом окне:
echo 'alias k3s-prod="KUBECONFIG=$HOME/.kube/k3s.yaml kubectl"' >> ~/.bashrc
source ~/.bashrc
k3s-prod get nodes
k3s-prod get pods -A -o wide
Проверить, что наружу действительно не торчат порты кластера, полезно до первого деплоя — быстрее всего это делается внешним сканированием через проверку открытых портов: в списке должны остаться только 22, 80 и 443.
5. Первый деплой: namespace, Deployment с пробами и Service типа NodePort
Разложим приложение на четыре объекта, каждый из которых отвечает за одну вещь: namespace изолирует ресурсы, ConfigMap хранит настройки, Deployment описывает поды и стратегию обновления, Service дает стабильную точку входа. В качестве демонстрационного образа возьмем hashicorp/http-echo:1.0 — крошечную заглушку, которая отвечает текстом на любой запрос. В бою на ее место подставляется ваш собственный образ.
apiVersion: v1
kind: Namespace
metadata:
name: demo
---
apiVersion: v1
kind: ConfigMap
metadata:
name: app-config
namespace: demo
data:
APP_PORT: "5678"
APP_GREETING: "k3s on a single VDS"
---
apiVersion: apps/v1
kind: Deployment
metadata:
name: demo-app
namespace: demo
spec:
replicas: 1
revisionHistoryLimit: 5
strategy:
type: RollingUpdate
rollingUpdate:
maxUnavailable: 0
maxSurge: 1
selector:
matchLabels:
app: demo-app
template:
metadata:
labels:
app: demo-app
spec:
securityContext:
seccompProfile:
type: RuntimeDefault
containers:
- name: app
image: hashicorp/http-echo:1.0
args:
- "-listen=:5678"
- "-text=$(APP_GREETING)"
envFrom:
- configMapRef:
name: app-config
ports:
- name: http
containerPort: 5678
readinessProbe:
httpGet:
path: /
port: http
initialDelaySeconds: 3
periodSeconds: 10
livenessProbe:
httpGet:
path: /
port: http
initialDelaySeconds: 10
periodSeconds: 20
failureThreshold: 3
resources:
requests:
cpu: 50m
memory: 64Mi
limits:
cpu: 200m
memory: 128Mi
securityContext:
allowPrivilegeEscalation: false
capabilities:
drop: ["ALL"]
---
apiVersion: v1
kind: Service
metadata:
name: demo-app
namespace: demo
spec:
type: NodePort
selector:
app: demo-app
ports:
- name: http
port: 80
targetPort: http
nodePort: 30080
Применяем и проверяем результат. Команда rollout status ждет завершения обновления и возвращает управление только тогда, когда под прошел пробы готовности:
kubectl apply -f demo-app.yaml
kubectl -n demo rollout status deployment/demo-app --timeout=120s
kubectl -n demo get deploy,pods,svc -o wide
kubectl -n demo get endpoints demo-app
# Проверка через NodePort с самого сервера
curl -s http://127.0.0.1:30080
Ответ k3s on a single VDS означает, что вся цепочка собралась: образ загрузился, под прошел пробы, Service нашел его по метке app: demo-app и отдал трафик на порт 5678 внутри пода.
Почему в манифесте именно такие значения
Каждый параметр в YAML выше отвечает за конкретное поведение под нагрузкой, и менять их «на глаз» не стоит:
maxUnavailable: 0иmaxSurge: 1— при обновлении сначала поднимается новый под и только после прохожденияreadinessProbeудаляется старый. На одном узле это единственный способ обойтись без обрыва соединений.requestsиlimits— планировщик выделяет ресурсы поrequests, а не по фактическому потреблению. Без них под может занять всю память узла и привести к вытеснению системных компонентов.readinessProbeпротивlivenessProbe— первая убирает под из балансировки, но не убивает его; вторая перезапускает контейнер. Путать их опасно: проба, повешенная наlivenessбез учета времени прогрева, устраивает бесконечный рестарт-цикл.capabilities: drop: [ALL]иseccompProfile: RuntimeDefault— минимальные привилегии. Для сборки образов и привилегированных задач этого не хватит, но для обычного веб-сервиса лишние capability не нужны.revisionHistoryLimit: 5— сколько предыдущих ReplicaSet хранить для отката. Ноль здесь означал бы, чтоrollout undoработать не сможет.
⚠️ NodePort не закрывается правилами UFW
Соблазнительно считать, что раз ufw default deny incoming включен, порт 30080 снаружи недоступен. Это не так: kube-proxy выполняет DNAT в nat/PREROUTING, и пакет уже с адресом пода уходит в FORWARD, минуя INPUT с правилами UFW, а цепочка KUBE-FORWARD пропускает его раньше пользовательских правил. Именно поэтому в конфигурации k3s из раздела 3 стоит kube-proxy-arg: nodeport-addresses=localhost: без этой строки сервис типа NodePort слушает все интерфейсы и виден из интернета. Проверять это нужно не на глаз, а сканированием снаружи: если в ответе появился 30080, значит nodeport-addresses не применился (например, k3s не был перезапущен после правки конфига). Второй рубеж — фаервол на стороне провайдера, если тариф его предоставляет.
Диагностика первого деплоя почти всегда сводится к трем командам: kubectl -n demo describe pod показывает события (например, ImagePullBackOff или нехватку памяти), kubectl -n demo logs deploy/demo-app — вывод приложения, а kubectl -n demo get events --sort-by=.lastTimestamp — хронологию того, что происходило с объектами.
Рекомендуемые VDS-провайдеры
Отказоустойчивые сервера с быстрыми NVMe и каналом до 1 Гбит/с
Timeweb Cloud — NVMe VDS под узкий кластер
Честные ядра и быстрый диск для containerd и базы состояния: задержки ввода-вывода напрямую влияют на время отклика подов.
Selectel — Серверы с предсказуемой сетью
Инфраструктура с резервированием каналов и защитой от DDoS — удобно, когда кластер позже вырастет до нескольких нод.
Beget — Недорогой стенд для обкатки манифестов
Отдельный сервер, на котором удобно проверить деплой и откат, прежде чем трогать боевой кластер.
6. Вход снаружи: Nginx на хосте, NodePort и автоматический TLS
Встроенный Traefik мы отключили, поэтому роль входного прокси выполняет обычный Nginx из пакета Ubuntu. Схема получается прозрачной и знакомой любому администратору: Nginx слушает 80 и 443, терминирует TLS и проксирует запросы на 127.0.0.1:30080, откуда kube-proxy доставляет их в под.
# /etc/nginx/sites-available/app.example.com.conf
server {
listen 80;
listen [::]:80;
server_name app.example.com;
client_max_body_size 20m;
location / {
proxy_pass http://127.0.0.1:30080;
proxy_http_version 1.1;
proxy_set_header Host $host;
proxy_set_header X-Real-IP $remote_addr;
proxy_set_header X-Forwarded-For $proxy_add_x_forwarded_for;
proxy_set_header X-Forwarded-Proto $scheme;
proxy_set_header Upgrade $http_upgrade;
proxy_set_header Connection "upgrade";
proxy_connect_timeout 5s;
proxy_read_timeout 60s;
}
}
Две строки заголовков Upgrade и Connection нужны только приложениям с WebSocket. Если их нет, строки безвредны, но при отладке стоит помнить: они переводят соединение в режим upgrade для всех запросов. Проверим конфигурацию и выпустим сертификат:
sudo ln -s /etc/nginx/sites-available/app.example.com.conf /etc/nginx/sites-enabled/
sudo nginx -t
sudo systemctl reload nginx
# Сертификат Let's Encrypt и принудительный редирект на HTTPS
sudo certbot --nginx -d app.example.com --redirect
Флаг --redirect важен: без него Certbot добавит TLS, но оставит HTTP-доступ без перенаправления, и часть трафика продолжит ходить в открытом виде. После выпуска проверьте результат снаружи — анализ SSL-сертификата покажет цепочку и срок действия, а проверка редиректов — что HTTP действительно уводит на HTTPS одним переходом.
💡 Что видит приложение в качестве адреса клиента
В цепочке «Nginx, kube-proxy, под» реальный IP клиента сохраняется только в заголовках. Поэтому приложение должно читать X-Real-IP или первый адрес из X-Forwarded-For, а не полагаться на адрес сокета — иначе в логах окажутся адреса пода и шлюза, и любая защита от брутфорса будет блокировать саму себя. Готовый шаблон заголовков безопасности для этого же сервера есть в конфигураторе Nginx.
7. Постоянное хранилище: StorageClass local-path и StatefulSet с PostgreSQL
В k3s уже есть класс хранилища по умолчанию — local-path с провижионером rancher.io/local-path. Это динамический провижионер: при создании PVC он сам создает каталог на диске узла и привязывает его к поду. Для одноузлового кластера этого достаточно, и никаких дополнительных установок не требуется.
# Убеждаемся, что класс существует и помечен как default
kubectl get storageclass
# Пароль базы генерируем криптостойко и сразу кладем в Secret
kubectl create namespace demo --dry-run=client -o yaml | kubectl apply -f -
kubectl -n demo create secret generic pg-secret \
--from-literal=POSTGRES_PASSWORD="$(openssl rand -hex 24)"
Базу развернем через StatefulSet: в отличие от Deployment, он гарантирует стабильное имя пода и сохранение тома при пересоздании. Версия PostgreSQL закреплена точным тегом, а не плавающим latest.
apiVersion: v1
kind: Service
metadata:
name: pg-headless
namespace: demo
spec:
clusterIP: None
selector:
app: postgres
ports:
- name: pg
port: 5432
targetPort: pg
---
apiVersion: apps/v1
kind: StatefulSet
metadata:
name: postgres
namespace: demo
spec:
serviceName: pg-headless
replicas: 1
selector:
matchLabels:
app: postgres
template:
metadata:
labels:
app: postgres
spec:
securityContext:
fsGroup: 999
seccompProfile:
type: RuntimeDefault
containers:
- name: postgres
image: postgres:18.6-alpine
ports:
- name: pg
containerPort: 5432
env:
- name: POSTGRES_PASSWORD
valueFrom:
secretKeyRef:
name: pg-secret
key: POSTGRES_PASSWORD
- name: PGDATA
value: /var/lib/postgresql/data/pgdata
volumeMounts:
- name: pg-data
mountPath: /var/lib/postgresql/data
readinessProbe:
exec:
command: ["pg_isready", "-U", "postgres"]
initialDelaySeconds: 10
periodSeconds: 10
livenessProbe:
exec:
command: ["pg_isready", "-U", "postgres"]
initialDelaySeconds: 30
periodSeconds: 20
resources:
requests:
cpu: 100m
memory: 256Mi
limits:
cpu: 1000m
memory: 1Gi
volumeClaimTemplates:
- metadata:
name: pg-data
spec:
accessModes: ["ReadWriteOnce"]
storageClassName: local-path
resources:
requests:
storage: 10Gi
kubectl apply -f postgres.yaml
kubectl -n demo rollout status statefulset/postgres --timeout=180s
kubectl -n demo get pvc
# Проверка, что база отвечает
kubectl -n demo exec -it postgres-0 -- psql -U postgres -c 'select version();'
⚠️ local-path не реплицирует данные и не переживает потерю узла
Том local-path физически лежит на диске этого сервера, в каталоге внутри /var/lib/rancher/k3s/storage. Никакой репликации между узлами нет, режим доступа — ReadWriteOnce. На одном VDS это нормально, но означает две вещи: при добавлении второй ноды под с этим томом не сможет переехать на нее, а при потере сервера данные исчезнут вместе с диском. Поэтому регулярный pg_dump в объектное хранилище — не опция, а обязательная часть схемы. Как это делается вне кластера, разобрано в материале о бэкапах баз и файлов в S3, а внутри кластера ту же задачу решает CronJob.
Для дампов нужен собственный том: тот же local-path, но отдельный PVC, чтобы бэкап не делил диск с рабочими данными и его можно было расширить независимо.
apiVersion: v1
kind: PersistentVolumeClaim
metadata:
name: pg-backup
namespace: demo
spec:
accessModes: ["ReadWriteOnce"]
storageClassName: local-path
resources:
requests:
storage: 5Gi
Теперь сам CronJob: он запускается по расписанию, пишет дамп в примонтированный том и не мешает базе, потому что pg_dump работает поверх обычного подключения. Выгрузку в S3 удобнее делать отдельным шагом через rclone или прямой вызов API хранилища.
apiVersion: batch/v1
kind: CronJob
metadata:
name: pg-dump
namespace: demo
spec:
schedule: "30 3 * * *"
concurrencyPolicy: Forbid
successfulJobsHistoryLimit: 3
failedJobsHistoryLimit: 3
jobTemplate:
spec:
template:
spec:
restartPolicy: OnFailure
containers:
- name: dump
image: postgres:18.6-alpine
command:
- /bin/sh
- -c
- pg_dump -h postgres -U postgres -Fc postgres > /backup/pg-$(date +%F).dump
env:
- name: PGPASSWORD
valueFrom:
secretKeyRef:
name: pg-secret
key: POSTGRES_PASSWORD
volumeMounts:
- name: backup
mountPath: /backup
volumes:
- name: backup
persistentVolumeClaim:
claimName: pg-backup
8. Эксплуатация: обновления с откатом, метрики, бэкап состояния и апгрейд k3s
Главный смысл перехода на кластер проявляется именно в рутине. Обновление версии приложения — это одна команда, а откат — еще одна, и обе не требуют захода по SSH:
# Обновление образа и ожидание готовности
kubectl -n demo set image deployment/demo-app app=myregistry.example.com/app:1.4.2
kubectl -n demo rollout status deployment/demo-app --timeout=180s
# История ревизий и откат на предыдущую
kubectl -n demo rollout history deployment/demo-app
kubectl -n demo rollout undo deployment/demo-app
# Потребление ресурсов (нужен metrics-server, он в k3s уже есть)
kubectl top nodes
kubectl top pods -n demo
Метрики kubectl top работают сразу после установки: metrics-server входит в набор компонентов k3s. Если команда отвечает ошибкой о недоступности метрик, подождите минуту — сервер собирает первые срезы, и ему нужно время.
Логи и вход в контейнер устроены так же, как в docker logs и docker exec, но с привязкой к объекту, а не к имени контейнера:
kubectl -n demo logs deploy/demo-app -f --tail=100
kubectl -n demo logs deploy/demo-app --previous # логи упавшего контейнера
kubectl -n demo exec -it deploy/demo-app -- sh
⚠️ Перед обновлением k3s сделайте резервную копию состояния
На одноузловой установке состояние кластера хранится в SQLite, и обновление версии — это перезапуск службы с миграцией базы. Порядок действий простой: остановить k3s, скопировать каталог /var/lib/rancher/k3s/server/db в архив, затем запустить установщик с новой версией. Копировать базу на работающем сервере нельзя — получите поврежденный файл.
# 1. Останавливаем кластер и архивируем состояние
sudo systemctl stop k3s
sudo tar -czf /root/k3s-db-$(date +%F).tar.gz -C /var/lib/rancher/k3s/server db
sudo systemctl start k3s
# 2. Ставим СЛЕДУЮЩУЮ версию — подставьте тег из списка релизов,
# отличный от установленного. Текущий можно узнать командой k3s --version.
curl -sfL https://get.k3s.io | INSTALL_K3S_VERSION="<следующая-версия-из-релизов>" sh -
# 3. Проверяем, что узел вернулся в Ready и поды живы
sudo k3s kubectl get nodes
sudo k3s kubectl get pods -A
k3s --version
Обслуживание самого узла выполняется командами cordon и drain: первая запрещает планировать новые поды, вторая аккуратно выселяет существующие. На одноузловом кластере выселять некуда, поэтому drain имеет смысл только с флагом --ignore-daemonsets и пониманием, что приложения на время обслуживания остановятся.
kubectl cordon $(hostname)
kubectl drain $(hostname) --ignore-daemonsets --delete-emptydir-data
# ... обслуживание сервера ...
kubectl uncordon $(hostname)
Если стенд нужно снести полностью, в системе уже лежат два готовых скрипта: k3s-killall.sh останавливает все процессы k3s, не удаляя данные, а k3s-uninstall.sh удаляет службу и каталоги. Оба находятся в /usr/local/bin.
9. Чек-лист внедрения и типичные ошибки
Перед тем как переводить на кластер реальный проект, сверьтесь с таблицей — каждый пункт проверяется командой, а не на веру.
| Параметр | Рекомендуемое значение | Инженерный смысл |
|---|---|---|
| Версия k3s | v1.37.1+k3s1 |
Закрепленный стабильный релиз вместо плавающей ветки. |
| Доступ к API | SSH-туннель, 6443 закрыт | Учетные данные cluster-admin не покидают защищенный канал. |
| Входной трафик | Nginx плюс nodeport-addresses=localhost |
NodePort слушает только loopback, поэтому UFW здесь не нужен и не помог бы. |
| Ресурсы подов | Заданы requests и limits | Планировщик не разместит под, который гарантированно уронит узел. |
| Хранилище | local-path плюс внешний бэкап |
Данные на диске узла, поэтому дамп в S3 обязателен. |
| Обновление приложения | RollingUpdate с нулевым maxUnavailable |
Новый под готов раньше, чем погашен старый. |
Шесть ошибок, которые встречаются чаще остальных:
- Открытый наружу 8472/udp. VXLAN-порт дает доступ к оверлейной сети кластера: поды и сервисы становятся достижимы в обход всех политик.
- Публикация 6443 «чтобы работал kubectl». Достаточно SSH-туннеля; открытый API-сервер превращает перебор учетных данных в вопрос времени.
- Надежда на UFW в отношении NodePort. Правила UFW живут в
INPUT, а NodePort после DNAT вPREROUTINGуходит вFORWARD, где у kube-proxy своя цепочкаKUBE-FORWARD. Безnodeport-addressesпорт 30080 доступен из интернета при любых правилах UFW. - Под без
requests. При исчерпании памяти узла kubelet начинает вытеснять поды по уровню QoS, и первым уходит именно тот, что не попросил ресурсы явно. - Данные только в
local-path. Том привязан к диску сервера, поэтому потеря VDS означает потерю базы — без внешней копии восстановить нечего. - Обновление k3s без бэкапа базы состояния. Миграция SQLite при перезапуске службы необратима, и откат к прежней версии без архива может оказаться невозможен.
Проверка «кластер действительно закрыт» занимает минуту: внешнее сканирование через проверку портов должно показать только 22, 80 и 443. Если в списке появился 30080, значит nodeport-addresses не применился: проверьте, что строка попала в /etc/rancher/k3s/config.yaml, и перезапустите службу. Если виден 6443, разберитесь с правилом UFW — этот порт закрывается обычными правилами INPUT, потому что API-сервер слушает локальный сокет.
⚙️ Кластеру нужны предсказуемые ядра и быстрый диск
containerd, control-plane и база состояния k3s постоянно работают с диском, а задержки ввода-вывода напрямую влияют на время отклика подов. Для стабильного одноузлового кластера лучше подходит тариф с NVMe и честными ядрами без оверселла.